Читательская история о том, как девушка застряла в КПЗ в Бангкоке

Читательская история о том, как девушка застряла в КПЗ в Бангкоке

В группе "Паттайя от А до Я" пришло сообщение о том, как девушка Алена, была одной из первых, кто попал в аэропортовское СИЗО. В мини-тюрьму.

Для тех, кто любуется Сиамским заливом несколько лет кряду – все уже обрыдло. Приелись и Пхи-Пхи и Золотой треугольник. Вот и долгожитель страны улыбок Алена выбрала для встречи с возлюбленным арабом уникальный Бахрейн. Умар — владелец крупной компании по производству поющих фонтанов, бассейнов, водопадов и прочих архитектурных красот, связанных с водой. Алена – по образованию тоже дизайнер. Это не только любовный, но и творческий союз. Он предложил невесте для встречи любую точку мира. Она назвала уникальный Бахрейн. Аквапарки, фонтаны, дворец шесть звезд. Купалась в любви и роскоши, которые Волочковой и не снились. И вот последние мгновения... 

Алена уже несколько лет пребывала в Таиланде по образовательной визе, учила английский. Это подтверждается и специальной отметкой в паспорте. Однако студентам выдают еще и ID-card. Едешь за границу — получи штамп на выезд за тысячу бат, возьми как нормальная студентка в школе справку, что тебе разрешили пропустить уроки. "Двоечница" Алена не все пункты выполнила на "пять". Прежде на границе ничего не спрашивали. Ведь только три месяца тому назад она почти на пол-года улетала в Россию. Там завершила успешный строительный контракт. Дорожка проторена.

И вот она в Таиланде. Шесть утра. На паспортном контроле у Алены забирают паспорт, берут под белы руки и ведут в камеру. Практически без разговоров. Претензия одна: "Почему так долго живете в Таиланде? Где ай-ди карта? "

Ощущение, как будто ждали именно ее. Завели дело, которое на глазах пополнялось какими-то бумажками на тайском языке. Подписывать всю эту кучу она как нормальный человек отказалась. В школу не дозвонилась: воскресенье — выходной. Хорошее владение английским помогло понять, что въезд в страну, где лежат ее вещи, заказан. Но она может улетать ко всем чертям в свою Россию.

Алене не сильно повезло с местом жительства в РФ: Южно-Сахалинск. Горячий сезон. Но она смогла приобрести прямо из камеры онлайн-билет до дома с пересадкой в Гонконге за 70 000 рублей. Вылет — через сутки. Еще с утра она показала электронный билет охране и попросила освободить ее из камеры за два часа до вылета. Все кивали головой. Потянулись часы ожидания. Именно в этот момент Алена позвонила в консульство, поинтересовалась: как заставить школу по всей строгости ответить за то, что ей вовремя не выдали ID-card. Других вопросов не было, до самолета оставались считанные часы.

Незадолго перед отправлением к ней явился представитель Оманских авиалиний (тот, с кем прилетела, в ответе за тебя до тех пор, пока не покинешь территорию спорной страны). Он сказал, что Гонконгские авиалинии на три дня отменяют полеты. Конечно, это мало походило на правду, но это был единственный человек, который обязан был помогать ей по долгу службы. Остальные откровенно глумились... Включая платную языковую школу, которая умыла руки, и даже не выразила своей ученице чисто человеческих слов соболезнования. Хотя бы дежурного "вы, держитесь там..."

Как выяснилось позже, Оманский представитель, просто забыл про свою подопечную. Гонконгский рейс ту-ту без Алены...

Деньги в урну. И еще одна ночь на нарах.

На входе в многоместном КПЗ Алене устроили шмон. Без ордера на обыск. Отняли дорожный набор с иголками (по-видимому, в этих стенах нередки случаи суицида) и сигареты. Даже в тюрьмах России зэкам оставляют покурить. Тут — нет.

У заядлой путешественницы есть две особенности, которые добавляли ей острых ощущений: индивидуальная непереносимость электрического света, поскольку начинают болеть и чесаться глаза, и ... патологическая страсть к чистоте. Пропахшие мочой матрасы, антисанитария, тараканы — это медленно убивало.

Добавьте к этому леденящий холод. Температура в казематах была выставлена на минимум - значит градусов 15-16. Для человека, который пять лет прожил в Таиланде — это смертельный холод. По крайней мере, на Севере страны при таких похолоданиях уже собирают трупы.

Самое уникальное —сутки в этой многоместной камере стоят 750 батов (в рублях - умножай на два). Было очевидно, что искусственно созданный холод в жаркой стране, отнятые сигареты, — все это направлено на то, чтобы отжать как можно больше налички. Вполне возможно, что оманский представитель - таец - тоже с ними в доле. Алена не платила принципиально. Она серьезно владеет йогой, занималась в камере медитациями, стойка перенесла холод и невзгоды. Соседке повезло меньше, теплолюбивая узбечка уже мочилась кровью - застарелый цистит.

Алена умоляла:

- Прибавьте, пожалуйста, температуру, тут очень холодно!

Надзиратели смеялись в лицо и захлопывали дверь. Смех был слышен уже из-за двери... Ничего не попишешь: это страна же улыбок.

Во вторую ночь к многочисленным узбекским проституткам прибавилась 60-летняя африканка. Могучая, как няня из рабыни Изауры. Неизвестно, что за паспортный грех водился за этой пожилой женщиной, но она ревела как раненый лев. Хваталась за руки надзирателей, за косяк двери, не желая идти в камеру. Они чуть не отрубили ей пальцы, захлопывая дверь. Алена утешила ее: "Сопротивление бессмысленно".

Вся эта картина больше походила на страшный сон. Ни в одной стране мира отсутствие у иностранца студбилета и пропуск нескольких часов в школе не караются даже розгами. Что уж говорить про тюрьму!

Приезжали в аэропорт подруга с тайским мужем, подняли всех на уши, но... никаких следов пребывания Алены не нашли. Где находятся эти казематы, в каких подвалах или подземельях – неизвестно. Уехали ни с чем. Сейчас она спокойно так, отстораненно констатирует: "Знаете, у меня сложилось впечатление, что, если кто-то там умрет, его никогда не найдут и ответственности никто не понесет".

После того как Алена поняла, что ее откровенно надули с вылетом в Гонконг, ей стало плохо. Стало ясно, что придется сгинуть здесь. Она больше не увидит солнца, неба и 90-летнюю бабушку с Сахалина.

Спортсменка, комсомолка, красавица, в свои 40 она выглядит на 25 - не больше. Не имела проблем со здоровьем. Ни разу. А тут схватило сердце. Пошла кровь носом. Сам момент обморока она не помнит. Вот она, вот надзиратели. И темнота. Прямо под камерами наблюдения. Не приводя в сознание, ее быстро оттащили в самый темный угол, от видео-глаз подальше. И там уже начали щипать, шлепать по щекам: "Мадам, ю окей?".

Эти первые добрые слова за три дня были единственной медицинской помощью. Но даже воды не принесли!

Минут через двадцать, правда, притащились два медбрата с тонометром. Видно было, что цифры их несказанно удивили. Голова раскалывалась, Алена попросила таблетку. Ответили, что лекарств нет, и ушли. Узбечка пояснила, что медикаменты у них есть, но очень дорогие. Здесь за все нужно платить...

Вторым билетом из ада стал долгожданный билет на Москву. Дубль два. Она предъявила электронный билет, попросила, чтобы за два часа до рейса отпёрли камеру. Два часа до рейса - никого, час - продолжает сидеть на нарах. Полчаса - никто не пришел по ее душу. Как она стучала в двери! Наверное, это слышали даже заходящие на посадку самолеты. Только из сотрудников аэропорта Суварнабхуми за Аленой никто не шел. Никто не торопился открывать дверь. Прекрасно зная, что еще пару часов назад она чуть не отдала Богу душу. Только без двадцати минут до окончания регистрации сжалились.

Но... Счет за пребывание в камере составил около двух тысяч батов, а у нее наличкой только 1400. Остальные деньги на карте. Еще десять минут она носилась как сумасшедшая по огромному аэропорту в поисках банкомата. С жуткой болью в сердце и тяжеленными чемоданами наперевес.

Банкомат не нашли. Вы хотите знать продолжение? Эта недостача так и останется на ее совести. Но ее выпустили из страны.

На выход подошли секунда в секунду. Паспорт Алене в руки так и не отдали. Только - стюардессе. Еще двое суток кряду бедолага добиралась до дома: Москва- Екатеринбург- Харбин- Южно-Сахалинск. Когда она прилетела в Бангкок, до Паттайи, которая уже стала ей вторым домом, ее отделяли два часа и 200 рублей. Тайские власти отправили девушку по большому кругу: пять дней и 200 тысяч рублей.

Никакой справки об освобождении на руках нет. Как и документов, подтверждающих, что несколько дней Алена провела в казематах Суварнабхума. Поэтому для авиалиний Гонконга, с которых, в принципе, можно было бы потребовать деньги за неиспользованный билет, она просто не явилась на рейс.

В паспорт ей поставили штамп о том, что у Алены была недостаточная сумма денег с собой при въезде, хотя это не соответствовало действительности. Денег было предостаточно. Это был самый первый случай в нашей практике, когда человеку, у которого полные карманы денег наличкой и на карте, на тайском написали «Май ми нэнг». Офицеры про бабло ее даже не спрашивали: на стезю высосанного из пальца нищебродства Алена попала печальным первопроходцем.

© 2012-2019 GrandisVillas. All rights reserved

©2019 Все права защищены